Сергей Косинов – о красивых цифрах, роли наблюдателей и философии Ростова
– Партия не выставляла своего кандидата на президентских выборах. Почему?
– По-моему, оптимальным было бы, если бы все парламентские партии накануне выборов выразили поддержку одному кандидату – Владимиру Путину. В воюющей стране другого решения быть не может. Но… Сделано то, что сделано. Кандидаты были, но серьезной предвыборной борьбы быть не могло. Так что отсутствие в этой компании кандидата-справоросса – вполне осознанное решение. На федеральном уровне наша партия однозначно поддерживает цели СВО и политику Путина. А вот на всех местных выборах партия будет выставлять своих кандидатов.
– И на дополнительных – тоже?
– Да. В Таганроге, Азове, Батайске – ближайшие. Для нас участие – вопрос принципиальный, поэтому начинаем готовиться уже сейчас, формируем команду наблюдателей. Я на собственном опыте убедился, насколько это важно – наблюдение на избирательных участках. На локальных выборах как раз есть возможность сконцентрировать силы и добиться победы. Тем более что мы не просто говорим: «Всё плохо», – предлагаем реальные варианты решения проблем. И, конечно, четко обозначаем сами проблемы. У нас ведь много рукотворных бед, за положение дел отвечают конкретные люди... Я не скрываю: у нас большое беспокойство вызывает состояние дел в Ростове, есть претензии к работе администрации города.
– Но Ростов много строит, развивается, растет…
– Не буду спорить. Когда мне говорят, что всё прекрасно, ВРП растет, промышленное производство – растет, я верю. Но своим глазам я верю тоже. Езжу по улицам, вижу раздолбанные дороги, неубранный мусор, разрушающийся центр, безумные высотки... В таком городе людям жить неуютно. Когда растет промышленное производство – это отлично, но объясните мне: в том, что «Роствертол» работает с повышенной нагрузкой и производит больше, какая роль администрации Ростова? Работа администрации в другом проявляться должна: в состоянии городских улиц, работе общественного транспорта, ливневок, социальном блоке. А тут оптимизма маловато. Особую тревогу вызывает левый берег Дона, то, что там происходит.
– Вы имеете в виду масштабное жилищное строительство?
– И не только. Вопрос застройки левого берега имеет две стороны: физическую и философскую. Физическая – это уничтожение зеленых насаждений, нарушение поймы реки, начавшиеся подтопления, беда с экологией. Новости последних дней – грядущая вырубка рощи на Пойменной и угроза появления еще одного многоэтажного монстра. Жители протестуют, боятся, что их дома снесут без положенных выплат. Года три назад Логвиненко публично обещал, что рубить деревья не будут и строить на этом месте тоже не будут, а будет тут экопарк. Но теперь экопарком и не пахнет. Я и в страшном сне не мог представить, что при въезде в Ростов с левого берега нас будут встречать не рощи и вольная река, а торчащие тут и там небоскребы, загораживающие Дон и панораму города. И вот тут мы уже переходим к философской стороне вопроса.
– Что вы имеете в виду?
– Левый берег для ростовчан, да и не только для жителей Ростова – это символ, образ духа города. «Левый, левый, левый берег Дона...» – песню эту в ресторанах не только в России поют. Не случайно ведь ни один градоначальник никогда не замахивался на строительство в этих местах. Это нельзя, табу! И вдруг – такое решение, кардинально меняющее облик города, уничтожающее его визитную карточку, рушащее философию города с его «левым берегом». Ради чего, зачем? На фоне 55% непроданного жилья, построенного в прошлом году?! По поводу рощи у Ворошиловского моста я написал прокурору. Тут надо детально разбираться, причем не постфактум, а сейчас, пока еще не поздно. Потому что говорить о том, что надо бы провести гидрогеологические исследования левого берега и поймы Дона после того, как туда уже влезли с многоэтажками, по меньшей мере странно. И может свидетельствовать о том, что никаких серьезных обследований до того не было. Аукнется это всё бедой в ближайшем будущем. Вообще, если бы я руководил городом, у меня бы обязательно был первый заместитель – главный архитектор. И без разрешения этого человека ничего бы в городе не строилось и не решалось в области градостроения. А у нас градостроительный совет несколько лет не собирают! Власть и бизнес принимают решения о сносе, выделении участков, строительстве. Но такие решения нельзя принимать без специалистов, а они права голоса не имеют. Не говорю уже о том, что надо с народом советоваться, а не превращать общественные слушания в пустую формальность.
– Вы правы, наши читатели часто жалуются на то, что их не слышат и не слушают. В проблемы никто вникать не хочет, в ответ на жалобы приходят формальные отписки…
– Один мой знакомый чиновник как-то сказал мне откровенно: лучше ничего не делать, чем сделать что-то. Сделаешь – найдут нарушения и накажут. Не сделаешь – ну, поругает губернатор, и всё. Вот и сидят на своих местах от и до, пишут шаблонные ответы, прекрасные отчеты. Какая-то получается параллельная реальность. И обычным людям эту стенку не пробить. Потому как ответ и результат – две большие разницы. Поэтому мы возобновили работу нашего «Центра защиты прав граждан». В штате – два юриста, помощь оказывают бесплатно и качественно. На связи с ними работают юридические службы в федеральном центре. У меня один критерий: вопрос отработан, когда найдено решение, а не просто получена формальная отписка. Всё честно: мы не обещаем скорого и благополучного разрешения всех проблем. Если вопрос сложный, так и говорим: будет сложно. Если надо идти в суд, значит, надо идти в суд, поможем. Наши сотрудники выезжают в районы, консультируют на местах. Телефон для связи – 8-863-303-61-66.
– С какими проблемами обращаются чаще всего?
– 70 % обращений – это ЖКХ. Состояние этой сферы удручающее. По моему глубокому убеждению, система ЖКХ, транспорт – да всё, что обслуживает людей, – должны быть муниципальными. Ну неправильно это, когда тем же мусором начинают заниматься частные компании, нацеленные на извлечение большой прибыли, при этом система постоянно дает сбои, работает всё хуже, а люди платят всё больше. Личный пример: я живу в Родионово-Несветайском районе. Раньше, когда не было частных компаний, мусор вывозили в 8 утра, минута в минуту. Сейчас понять ничего нельзя – мешки могут стоять и неделю, и две... Звоню руководителю, мне начинают объяснять, как им тяжело, как не хватает машин, недостаточно средств. Постойте, вас же сюда силой никто не толкал? Вы же шли на конкурс и как-то рассчитывали свои силы, так будьте добры, работайте. Я-то должен вам платить вовремя, а если у меня нет денег, вы же в мое положение входить не будете... Такая же картина с транспортом. В былые времена работали РПАТП-1, РПАТП-3... Маршруты выстраивали на основе тщательных расчетов специалистов. И руководили предприятиями люди, которые на транспортников учились. Потом почему-то решили, что это необязательно, и отрасль пришла в печальное состояние. У нас всё время чего-то не хватает: денег, водителей, подвижного состава, пассажиров (сколько маршрутов закрыли по области!).
И так – чего ни коснись. Недавно был в Цимлянском районе, в Волгодонске, так на улицах еще ветки кучами лежат после февральского ледяного дождя. Почему? Что не сработало?
– И что же не сработало?
– Наоборот, сработало. Система назначения глав. Когда были прямые выборы, при всех издержках к руководству в муниципалитетах приходили люди с авторитетом и опытом. Они перед населением отвечали за свою работу. А сейчас принцип ответственности другой: как бы губернатор не поругал. И что там народ думает – дело десятое… Я всегда стоял и стою за возвращение прямых выборов. И, конечно, надо вносить изменения в бюджетный процесс. Без правильного распределения денег и увеличения доли муниципалитетов даже самый гениальный управленец добьется немногого. В Законодательном собрании я постоянно об этом говорил. И точку зрения свою не изменил. Я – практик и не предполагаю, что всё можно исправить одним махом, нет. Но оставлять всё как есть – тоже нельзя. Поэтому мы ставим себе цель: участвовать во всех выборах, идти во власть, доказывать свою правоту. Для этого нужно подтягивать настоящих специалистов в каждой отрасли – слава богу, они еще есть. И – привлекать сторонников: здравомыслящих и честных людей у нас много…
– По-моему, оптимальным было бы, если бы все парламентские партии накануне выборов выразили поддержку одному кандидату – Владимиру Путину. В воюющей стране другого решения быть не может. Но… Сделано то, что сделано. Кандидаты были, но серьезной предвыборной борьбы быть не могло. Так что отсутствие в этой компании кандидата-справоросса – вполне осознанное решение. На федеральном уровне наша партия однозначно поддерживает цели СВО и политику Путина. А вот на всех местных выборах партия будет выставлять своих кандидатов.
– И на дополнительных – тоже?
– Да. В Таганроге, Азове, Батайске – ближайшие. Для нас участие – вопрос принципиальный, поэтому начинаем готовиться уже сейчас, формируем команду наблюдателей. Я на собственном опыте убедился, насколько это важно – наблюдение на избирательных участках. На локальных выборах как раз есть возможность сконцентрировать силы и добиться победы. Тем более что мы не просто говорим: «Всё плохо», – предлагаем реальные варианты решения проблем. И, конечно, четко обозначаем сами проблемы. У нас ведь много рукотворных бед, за положение дел отвечают конкретные люди... Я не скрываю: у нас большое беспокойство вызывает состояние дел в Ростове, есть претензии к работе администрации города.
– Но Ростов много строит, развивается, растет…
– Не буду спорить. Когда мне говорят, что всё прекрасно, ВРП растет, промышленное производство – растет, я верю. Но своим глазам я верю тоже. Езжу по улицам, вижу раздолбанные дороги, неубранный мусор, разрушающийся центр, безумные высотки... В таком городе людям жить неуютно. Когда растет промышленное производство – это отлично, но объясните мне: в том, что «Роствертол» работает с повышенной нагрузкой и производит больше, какая роль администрации Ростова? Работа администрации в другом проявляться должна: в состоянии городских улиц, работе общественного транспорта, ливневок, социальном блоке. А тут оптимизма маловато. Особую тревогу вызывает левый берег Дона, то, что там происходит.
– Вы имеете в виду масштабное жилищное строительство?
– И не только. Вопрос застройки левого берега имеет две стороны: физическую и философскую. Физическая – это уничтожение зеленых насаждений, нарушение поймы реки, начавшиеся подтопления, беда с экологией. Новости последних дней – грядущая вырубка рощи на Пойменной и угроза появления еще одного многоэтажного монстра. Жители протестуют, боятся, что их дома снесут без положенных выплат. Года три назад Логвиненко публично обещал, что рубить деревья не будут и строить на этом месте тоже не будут, а будет тут экопарк. Но теперь экопарком и не пахнет. Я и в страшном сне не мог представить, что при въезде в Ростов с левого берега нас будут встречать не рощи и вольная река, а торчащие тут и там небоскребы, загораживающие Дон и панораму города. И вот тут мы уже переходим к философской стороне вопроса.
– Что вы имеете в виду?
– Левый берег для ростовчан, да и не только для жителей Ростова – это символ, образ духа города. «Левый, левый, левый берег Дона...» – песню эту в ресторанах не только в России поют. Не случайно ведь ни один градоначальник никогда не замахивался на строительство в этих местах. Это нельзя, табу! И вдруг – такое решение, кардинально меняющее облик города, уничтожающее его визитную карточку, рушащее философию города с его «левым берегом». Ради чего, зачем? На фоне 55% непроданного жилья, построенного в прошлом году?! По поводу рощи у Ворошиловского моста я написал прокурору. Тут надо детально разбираться, причем не постфактум, а сейчас, пока еще не поздно. Потому что говорить о том, что надо бы провести гидрогеологические исследования левого берега и поймы Дона после того, как туда уже влезли с многоэтажками, по меньшей мере странно. И может свидетельствовать о том, что никаких серьезных обследований до того не было. Аукнется это всё бедой в ближайшем будущем. Вообще, если бы я руководил городом, у меня бы обязательно был первый заместитель – главный архитектор. И без разрешения этого человека ничего бы в городе не строилось и не решалось в области градостроения. А у нас градостроительный совет несколько лет не собирают! Власть и бизнес принимают решения о сносе, выделении участков, строительстве. Но такие решения нельзя принимать без специалистов, а они права голоса не имеют. Не говорю уже о том, что надо с народом советоваться, а не превращать общественные слушания в пустую формальность.
– Вы правы, наши читатели часто жалуются на то, что их не слышат и не слушают. В проблемы никто вникать не хочет, в ответ на жалобы приходят формальные отписки…
– Один мой знакомый чиновник как-то сказал мне откровенно: лучше ничего не делать, чем сделать что-то. Сделаешь – найдут нарушения и накажут. Не сделаешь – ну, поругает губернатор, и всё. Вот и сидят на своих местах от и до, пишут шаблонные ответы, прекрасные отчеты. Какая-то получается параллельная реальность. И обычным людям эту стенку не пробить. Потому как ответ и результат – две большие разницы. Поэтому мы возобновили работу нашего «Центра защиты прав граждан». В штате – два юриста, помощь оказывают бесплатно и качественно. На связи с ними работают юридические службы в федеральном центре. У меня один критерий: вопрос отработан, когда найдено решение, а не просто получена формальная отписка. Всё честно: мы не обещаем скорого и благополучного разрешения всех проблем. Если вопрос сложный, так и говорим: будет сложно. Если надо идти в суд, значит, надо идти в суд, поможем. Наши сотрудники выезжают в районы, консультируют на местах. Телефон для связи – 8-863-303-61-66.
– С какими проблемами обращаются чаще всего?
– 70 % обращений – это ЖКХ. Состояние этой сферы удручающее. По моему глубокому убеждению, система ЖКХ, транспорт – да всё, что обслуживает людей, – должны быть муниципальными. Ну неправильно это, когда тем же мусором начинают заниматься частные компании, нацеленные на извлечение большой прибыли, при этом система постоянно дает сбои, работает всё хуже, а люди платят всё больше. Личный пример: я живу в Родионово-Несветайском районе. Раньше, когда не было частных компаний, мусор вывозили в 8 утра, минута в минуту. Сейчас понять ничего нельзя – мешки могут стоять и неделю, и две... Звоню руководителю, мне начинают объяснять, как им тяжело, как не хватает машин, недостаточно средств. Постойте, вас же сюда силой никто не толкал? Вы же шли на конкурс и как-то рассчитывали свои силы, так будьте добры, работайте. Я-то должен вам платить вовремя, а если у меня нет денег, вы же в мое положение входить не будете... Такая же картина с транспортом. В былые времена работали РПАТП-1, РПАТП-3... Маршруты выстраивали на основе тщательных расчетов специалистов. И руководили предприятиями люди, которые на транспортников учились. Потом почему-то решили, что это необязательно, и отрасль пришла в печальное состояние. У нас всё время чего-то не хватает: денег, водителей, подвижного состава, пассажиров (сколько маршрутов закрыли по области!).
И так – чего ни коснись. Недавно был в Цимлянском районе, в Волгодонске, так на улицах еще ветки кучами лежат после февральского ледяного дождя. Почему? Что не сработало?
– И что же не сработало?
– Наоборот, сработало. Система назначения глав. Когда были прямые выборы, при всех издержках к руководству в муниципалитетах приходили люди с авторитетом и опытом. Они перед населением отвечали за свою работу. А сейчас принцип ответственности другой: как бы губернатор не поругал. И что там народ думает – дело десятое… Я всегда стоял и стою за возвращение прямых выборов. И, конечно, надо вносить изменения в бюджетный процесс. Без правильного распределения денег и увеличения доли муниципалитетов даже самый гениальный управленец добьется немногого. В Законодательном собрании я постоянно об этом говорил. И точку зрения свою не изменил. Я – практик и не предполагаю, что всё можно исправить одним махом, нет. Но оставлять всё как есть – тоже нельзя. Поэтому мы ставим себе цель: участвовать во всех выборах, идти во власть, доказывать свою правоту. Для этого нужно подтягивать настоящих специалистов в каждой отрасли – слава богу, они еще есть. И – привлекать сторонников: здравомыслящих и честных людей у нас много…