Москва и Пекин сверяют часы

Визит Сергея Лаврова в Пекин — не просто рабочая поездка, а часть большой подготовки. Фактически Лавров прокладывает дорогу к визиту Владимира Путина в Китай, который, по данным китайских источников, может состояться после 18 мая.

Это важный момент: сначала — согласование позиций на уровне министров, потом — фиксация договоренностей на уровне лидеров. И Китай этого не скрывает. Си Цзиньпин после встречи с Лавровым прямо заявил:

— Стабильность и определенность китайско-российских отношений особенно ценны в условиях меняющейся международной обстановки.

В дипломатическом переводе: совместный курс выбран — и его будут усиливать.

Цифры, которые объясняют всё

Чтобы понять, почему это сотрудничество так важно именно сейчас, на фоне войны в Персидском заливе, достаточно посмотреть на сухие цифры.

До 30−40% импортируемой Китаем нефти проходит через Ормузский пролив. При этом около 5% всей энергосистемы Китая зависит от этого маршрута. Запасов нефти у Китая осталось на 90−110 дней.

Россия предлагает простое решение: перераспределить глобальные потоки нефти. Лавров сформулировал это на встрече с Си максимально прямо:

— Россия может восполнить нехватку ресурсов в Китае… включая всех, кто хочет сотрудничать на взаимовыгодной основе.

Фактически это означает: если привычные маршруты (а Китай пострадал не только от войны в Персидской заливе, но и от насильственной смены власти в Венесуэле) дают сбой, то Россия становится запасным, а иногда и основным поставщиком.

Помимо энергетики, есть второй уровень сотрудничества — политический. На переговорах с Лавровым глава МИД Китая Ван И обрисовал общий фон:

— Международная ситуация находится в тяжелом состоянии… усиливается вред односторонней гегемонии.

Ответом может быть координация позиций России и Китая. Причем не абстрактная, а вполне конкретная: согласование позиций в ООН (особенно в Совбезе), усиление роли БРИКС и развитие Шанхайской организации сотрудничества (ШОС).

Плюс — совместные инициативы. Это, например, китайские глобальные проекты, в которых участвует и Россия. А со стороны Москвы — Большое евразийское партнерство.

Это уже не просто диалог, а формирование альтернативной архитектуры международных отношений. Кстати, в нынешнем году исполняется 30 лет стратегическому партнерству России и Китая, 25 лет договору о добрососедстве. Обе стороны явно хотят превратить эту дату не в обычный юбилей, а в точку роста. Ван И прямо заявил Лаврову: нужно вывести сотрудничество на более высокий уровень.

Что это значит?

Когда Си Цзиньпин говорит о «более тесной стратегической координации» с Россией, это не красивые слова.

Это про вполне прагматичную модель сотрудничества. На встрече с Лавровым Си сформулировал задачу предельно прямо: нужно твердо защищать интересы обеих стран и сохранять единство Глобального Юга.

Фактически, это означает рост взаимной торговли и числа энергетических проектов. А главное — регулярные контакты на высшем уровне.

Китаю нужны надежные поставщики ресурсов. А России — крупные рынки сбыта и платежеспособные покупатели. И здесь интересы совпадают почти идеально, отмечают китайские издания.

Поэтому Си говорит о «взаимодополняемости», а Лавров — о «высоком уровне доверия». Обе страны лишь подтвердили то, как они сильно нуждаются друг в друге. Теперь впереди главное — встреча Владимира Путина и Си Цзиньпина.

Россия и Китай не заключают громких военных союзов. Не создают единого экономического блока в привычном смысле (как, например, Россия и Белоруссия). Но при этом координируют внешнюю политику, усиливают экономические связи и поддерживают друг друга в кризисах. Причем делают это без лишнего шума.

Именно поэтому их сотрудничество выглядит особенно устойчивым. Это не «по любви». Это союз по расчету. А такие, как показывает история, часто оказываются самыми долговечными.