Российско-турецкие отношения продолжают оставаться в центре внимания. 18 марта по инициативе турецкой стороны состоялся телефонный разговор Владимира Путина с Реджепом Эрдоганом. Помимо поздравлений с убедительной победой на выборах Президента Российской Федерации, согласно официальному сообщению Кремля, выражен обоюдный настрой на дальнейшее тесное взаимодействие в интересах развития многоплановых российско-турецких отношений. Обсуждались вопросы укрепления международной стабильности и безопасности, касающиеся в том числе черноморского региона, имеются договорённости о продолжении диалога в различных форматах. Источник в Ак-Сарае заявил РИА «Новости» о ведущейся полным ходом подготовке к запланированному визиту Президента России Владимира Путина.
Хотя точные даты пока не известны, ранее появлялась информация, что поездка может состояться в апреле или мае. Несколько ранее турецкий президент уточнил: Анкара рассчитывает принять Президента России вскоре после завершения местных выборов 31 марта. Примечательно здесь, что саммит глав государств переносился бесконечное количество раз. Само собой, внутренняя и международная повестки во второй половине 2023 и в начале 2024 гг. едва ли благоприятствовали подготовке встречи.
В то время как в России были заняты подготовкой и проведением выборов главы государства, турецкие власти продолжают делают все возможное (и невозможное), чтобы продвинуть своих кандидатов в столичных мегаполисах Стамбуле и Анкаре, удерживаемых «народно-республиканской» оппозицией. Не успели Эрдоган его Партия справедливости и развития пройти через горнило президентских и парламентских выборов в мае 2023 года, как им практически без передышки готовится к проведению выборов уже местных. Проблема осложнена тем, что на «скамейке запасных» у действующего лидера не осталось практически ни одной яркой и общепризнанной среди электората фигуры.
Вместе с тем Эрдоган, кажется, неплохо отдаёт себе отчёт в исторической роли и значении Владимира Путина для России. Невзирая на кривотолки и подозрения, в отличие от западных лидеров, президент Турции поздравил своего российского коллегу с убедительной победой на выборах, пожелав ему новых свершений в государственной деятельности на благо народа России. При этом республика продолжает оставаться в орбите или в сфере влияния коллективного Запада, остаётся членом НАТО, а недавние внешнеполитическое консультации министра иностранных дел Хакана Фидана в США дали почву для рассуждений об укреплении прозападного вектора турецкой внешней политики.
Готовящаяся встреча лидеров, вне всякого сомнения, имеет историческое значение, в полной мере определяемое дальнейшими параметрами межгосударственных отношений с содержательной точки зрения. Энергетическое измерение в них представляется во многом исчерпанным: повторять из раза в раз о планах построить в Турции очередную АЭС или сделать из неё же «газовый хаб» можно долго, но настало время ответить на вопрос «зачем».
Для каких именно целей необходимо экономически и политически усиливать заведомо западно-ориентированного игрока на Востоке, пока власти Турции и США договариваются о новой схеме соблюдения антироссийских рестрикций? По информации издания Hurriyet, отныне американцы будут заблаговременно уведомлять Турцию о «подозрительных» с точки зрения Вашингтона турецких компаниях, сотрудничающих с Россией, и после проведения расследования будут приниматься необходимые меры.
Более того, сегодня Турция представляет вполне осязаемую угрозу для главного геополитического проекта России (и Ирана) на Востоке – Международного транспортного коридора «Север – Юг». Ведь далеко не случайно турки затеяли масштабную операцию против Рабочей партии Курдистана на севере Ирака: на кону стоит реализация альтернативного турецкого проекта транспортного коридора «Путь развития», призванного, согласно планам Анкары, соединить республику с иракским портом Эль-Фао в Персидском заливе 1200 км железных и автомобильных дорог.
Проблема не только в том, что реализация проекта к 2025 году многократно укрепит авторитет и влияние Турции на мировой арене и её транзитную роль на сухопутном пути между Персидским заливом и Европой. В конце концов, многие страны заняты в наше время созданием собственных экономических и транспортно-логистических коридоров. «Путь развития», став самым кратчайшим и наиболее доступным среди региональных транспортных коридоров, если не поставит под вопрос целесообразность появления МТК «Север – Юг» то, во всяком случае, ослабит его экономическое значение.
К тому же это далеко не единственный коридор, в появлении которого объективно заинтересованы как в Турции, так и в ЕС. Проект «Зангезурского коридора» как части «Срединного коридора» между Китаем и Европой служит тем же целям и задачам по выдавливанию России из региона и, судя по динамике российско-армянского диалога в последнее время, его реализация отнюдь не за горами. Во всяком случае, как сообщил недавно министр иностранных дел Армении Арарат Мирзоян, премьер-министр Пашинян и президент Эрдоган постоянно поддерживают контакт. Урегулирование армяно-азербайджанских противоречий, по поводу которого начали высказывать оптимизм бакинские эксперты, откроет дорогу к армяно-турецкой нормализации и разблокированию автомобильного, а в перспективе и железнодорожного сообщения между основной территорией Азербайджана, Нахичеванской автономией и Турцией.
Обращаясь к топливно-энергетической составляющей, следует учитывать и возросшие возможности Турции в Восточном Средиземноморье. Последние договоренности Эрдогана с премьер-министром Греции Мицотакисом и президентом Египта ас-Сиси напрямую связаны с поставками углеводородов (природного газа) европейским потребителям. Чем больше газа на рынке, тем он дешевле, а следовательно, активное участие Анкары в энергетических проектах с участием третьих стран, её попытка замкнуть на себе «топливный круговорот» противоречит интересам России.
Если присовокупить к этой картине ещё и особый характер отношений по линии Великобритания – Турция, то становится очевидным главное. В долгосрочном плане усиление Анкары для Москвы не только бесперспективно, но и опасно. Безусловно, Франция, которой противостоит Турция с подачи MI6 в последнее время, – далеко не партнёр для России. Но, с другой стороны, чрезмерное укрепление позиций Лондона посредством растущего экономического и политического влияния Турции там, где она соприкасается с Россией в Евразии, едва ли даст позитивный результат.
Думается, лишь принимая во внимание вышеизложенное, можно выстроить сбалансированную политику и подходы на турецком направлении. Следование данной логике предполагало бы постоянное увязывание развития энергетического сотрудничества с уступками Турции – России по актуальным вопросам региональной безопасности. Прежде всего, это касается становящегося всё более «горячим» Черноморского региона, Закавказья (Южного Кавказа), а также Средней (Центральной) Азии.