Вечные генералы: повышение предельного возраста для силовиков ведет к кадровому застою

МОСКВА (ИА Реалист). Президент России Владимир Путин внес в Госдуму законопроект, по которому он сможет продлевать срок пребывания на службе маршалов и генералов после достижения ими 70 лет. Сейчас предельный возраст составляет 65 лет. Если подумать, то ничего особенного не произошло. С точки зрения кадровой политики, данный законопроект — это благо. Снимается искусственное ограничение права президента назначать того, кого он считает нужным. Подобные ограничения нужны только в том случае, если мы не доверяем главе государства. Если же мы считаем, что лидер страны адекватен и компетентен, то эти ограничения, кроме дополнительных неудобств, ни к чему не приведут. Если бы подобный запрет существовал в Российской императорской армии, то Михаил Кутузов не командовал бы в 1812 году. На тот момент ему было 67 лет. Здесь можно было бы поставить точку, если бы не было еще одного аспекта — социального. Любая норма права появляется тогда, когда возникает необходимость ей пользоваться и исчезает, когда не нужна. Мало кто знает, но в конце 1960-х в СССР существовал предельный возраст для членов Политбюро — 70 лет. Именно на этом основании в отставку был отправлен Анастас Микоян. Но в 1970-е годы это ограничение было снято, иначе пришлось бы отправить на пенсию все руководство страны. Вот и теперь появляется подозрение, что этот законопроект нужен не только для повышения эффективности кадровой политики, но и для сохранения возможности генералов находиться на своем посту, как можно дольше. Это само по себе не проблема, это задача, встающая перед президентом и его администрацией, отделить тех, кого необходимо оставить, от тех, кого можно и нужно заменить. Задача сложная, но решаемая: высших генералов у нас меньше десятка. Но ошибка в решении этой задачи может стоить дорого: вместо повышения эффективности, мы можем получить кадровый застой. Это вечный выбор между менее эффективным, но безопасным автоматическим решением (65 и на пенсию), и более эффективным, но чреватым ошибками методом прямого решения. В последние годы президент все чаще выбирает второе, что естественно. Автоматический метод хорош в системе, достигшей пределов своего развития, в которой ничего не меняется. Но мы же живем в стране, которая развивается и меняется. Так что здесь автоматическое управление не срабатывает. Это означает, что нагрузка на президента возрастает. Дмитрий Журавлев — директор Института региональных проблем, специально для ИА Реалист