Недостроенная провокация. Миф о дворце Путина не сработал
После того как количество просмотров фильма о «дворце Путина» на YouTube перевалило за сто миллионов, а «расследовательские проекты» живописали пребывание президента в Геленджике, вышел еще один фильм про знаменитый дворец
Разогретая рассматриванием роскошных интерьеров, аквадискотек, кальянных и прочих «комнат для грязи», а также заинтригованная знойным нерусским языком разоблачения (что породило подозрение, что это плохой перевод с английского) публика вправе была ожидать сенсационного продолжения. Например, кадров с Владимиром Путиным в этом дворце — ведь писало же финансируемое США издание «Проект» о том, что «чиновники рассказывают, что именно в нем президент проводит значимую часть своего неформального времени».
«Сам он чаще живет в Геленджике. И именно туда, в свой дворец, он приглашает для неформального общения ближайших к нему людей. < ... > Видимо, с ними президент и проводит время в личном казино и комнате с шестом, которые показаны в расследовании ФБК*»
Что же такого должно быть в новых сериях, чтобы поразить воображение зрителя? Продакшен Навального не успел подготовить следующую серию — и за него постаралось издание Mash, выложившее в пятницу видео «Сказочный дворец: первая экскурсия по дворцу в Геленджике». Первые съемки на территории и внутри загадочного дворца! Но сто миллионов просмотров, даже накрученных, Mash не грозят. Потому что в фильме совсем не то, что нужно для успеха в «приличном обществе» и помощи в раскрутке.
Поскольку, как сказано в репортаже:
«Описать локацию довольно просто: это один большой бетон. По сути, все находится на нулевом этапе строительства»
Нулевой не нулевой, фасад завершен, но внутри бетонные стены. Много рабочих, недоделанный фонтан вместо аквадискотеки и бытовка строителей в том, что называли «кальянной».
То есть в Геленджике никто не живет и жить не может. Тем не менее дворец строится — проводивший экскурсию сотрудник технадзора работает там уже шесть лет и говорит о том, что объект планируют сдать лет через пять-шесть. Учитывая, что впервые о геленджикском дворце написали еще десять лет назад, получается приличный долгострой в полтора с лишним десятилетия.
Понятно, что строит дворец какой-то очень богатый товарищ, а возможно, и группа товарищей. Точно так же понятно, что, как уже сказал сам Путин, дворец не принадлежит ни ему, ни кому-либо из его близких родственников. Но кого из обличителей это волнует — сказано же, что «дворец Путина», значит, так оно и есть.
Сейчас нам будут говорить о том, что рассказы анонимных чиновников о том, как Путин проводит время во дворце, были «спецоперацией Кремля» по дискредитации «сенсационного расследования Алексея», — но ни издание «Проект», ни его главреда никак не отнесешь к сторонникам власти. Ровно наоборот: в их картине мира «путинский дворец» так же реален, как и «честный борец с коррупцией Навальный». И если эта картина начинает рушиться — значит, неправильную информацию, портящую изображенную на ней «борьбу добра со злом», нужно просто игнорировать. Или объявлять «провокацией Кремля».
Хотя провокация тут только одна — попытка разогреть протестные настроения в России, приписав власти все возможные грехи.
«Путин украл ваши пенсии и построил на них себе дворец» — вот в чем суть провокации»
Люди должны поверить в то, что руководитель страны вредит им, врет, ворует, окружил себя неправильными людьми и вообще опасен для будущего государства — то есть начать ненавидеть его. Не получается убедить в этом большинство? Ничего, попробуем убедить меньшинство, даже заведомое меньшинство, которое будет неистово обличать и призывать к смене власти. Глядишь, и у большинства, пока оно будет наблюдать за праведным гневом меньшинства, зародится какое-то сомнение: а может, и есть в этом что-то, не могут же люди беспричинно так убиваться?
Могут: наш собственный опыт последнего века — лучшее тому доказательство. К февралю 1917-го большая часть «передовых людей» (абсолютного меньшинства в народе, но зато гиперактивного) была свято убеждена в том, что правительство абсолютно не справляется с организацией поставок для армии, что чиновники все воры, что император окружен немецкими агентами и страна катится в пропасть.
Для того чтобы «спасти страну», и был организован внутриэлитный заговор, стоивший в итоге жизни не только царской семье, но и миллионам убитых в Гражданской войне. При этом все «преступления царского режима», в которые верили «лучшие люди» (и о чем они страстно рассказывали людям простым), оказалось наглой ложью.
К концу перестройки едва ли не большая часть народа была убеждена в том, что так жить нельзя: чиновники-партаппаратчики бездарны, воруют и пользуются незаслуженными привилегиями.
«Даже члены политбюро берут взятки, и их обличают честные борцы с коррупцией, которым затыкают рот! Один Ельцин порядочный человек — вот кто за народ радеет!»
К началу 1992 года, после развала Союза и начала «рыночных реформ», народ в массе своей прозрел, но было уже поздно. Все разговоры о взятках и привилегиях руководителей страны оказались наглой ложью.
Сейчас у России уже третья за сто с небольшим лет форма государства, система власти и социально-экономический строй, но перед нами все та же схема возгонки «праведного гнева». К счастью, сегодня нет ни объективных обстоятельств февраля 1917-го (когда все внимание правителя было занятой войной — он же был главнокомандующим), ни субъективных обстоятельств времен перестройки (когда слабый и лишенный стратегического мышления Горбачев своими метаниями и интригами довел все до краха).
И самое главное — наш народ все-таки научился на своей собственной истории, на своих собственных ошибках. И не поведется ни на какие провокации, не поверит старым трюкам тех, кому нужны лишь великие потрясения.
*Фонд борьбы с коррупцией включен Минюстом России в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента.