Врача защитит полис

А страховой полис сегодня имеют лишь 32 тысячи из 558 тысяч врачей. Большинство работают под дамокловым мечом уголовного преследования. Потому что в рамках гражданского права к ним нельзя предъявить претензии — требуется уголовное дело. И если недовольный больной подает в суд, доктор может надеяться лишь на юриста своей больницы или поликлиники.

Оговоримся, что преступная халатность, оставление больного без помощи, вымогательство — это, конечно же, уголовные преступления. Но гораздо чаще речь идет о врачебных ошибках. Обычно пострадавшие хотят получить деньги — для исправления результатов неудачного лечения или в качестве моральной компенсации. Если бы врач имел полис, вопрос решали бы между собой страховые компании, как это делается при ДТП. Выплаченная компенсация увеличила бы стоимость полиса конкретного врача, а частые штрафы сделали бы ее разорительной. С помощью этого рыночного механизма должно произойти естественное самоочищение здравоохранения от неквалифицированных кадров.

Страхование профессиональной ответственности медработников успешно применяется во многих странах. Не раз пытались его ввести и в России. Но дальше подготовки законопроекта дело не двинулось. Главный вопрос: кто должен платить за страховку? За рубежом, как правило, это делает сам доктор. Но у него и доходы намного выше, чем у российского коллеги, особенно если тот из глубинки. Согласно опросам, 40 процентов наших врачей считают, что коллективные страховые полисы должны оплачиваться из средств обязательного медицинского страхования. В масштабах страны это потребует немалого дополнительного финансирования. За врачей частных клиник должны раскошелиться их работодатели. Достаточно перспективен и компромиссный вариант — базовый полис от учреждения с возможностью расширения страхового покрытия в случае софинансирования самим медработником. Такая модель действует в Новосибирской области, где застрахованы 85 процентов врачей.

Очевидно, что переход к обязательному страхованию профессиональной ответственности потребует принятия соответствующего федерального закона. Надо многое прояснить. Полис должны иметь все медработники или только врачи? Какова цена страховки, которая бы соответствовала рискам? Пора бы разработать единую методику определения компенсации пациенту за моральный ущерб. Вроде совершенно банальная ситуация, но расчеты везде делают по-разному, будто это какой-то уникальный случай. В общем, есть о чем подумать до 1 июня, когда все предложения по усилению правовой защиты врачей должны уже быть сведены воедино.